Наступает время, и человек бежит к морю. К пустынному берегу. Чтобы уйти в природу. Чтобы прийти к себе. Художник – море – свобода.
Я сломал очки пару месяцев назад, а привыкнуть к новым никак не выходит. Когда начинает смеркаться, мир вокруг расплывается цветовыми пятнами. Теплые тени смешиваются с сумеречной тьмой, цвет готовится исчезнуть. Птицы умолкают. Голоса прохожих становятся неуместными. То же ощущение тишины и интимности возникает в работах Карины Чолокян. Смотреть их нужно в одиночестве.
Хочется сразу предостеречь что пейзажи — это не пейзажи. Это не точное описание места, живописность или топография территории. Это не субъект и не объект, с которым художник сталкивается. Это даже не зрелище, созерцаемое издалека, а место физического соприкосновения с реальностью. Вибрация формы и цвета, которую художник переживает и воспринимает со всей свой субъективностью. Пейзаж — это впечатление от пейзажа. Но если импрессионисты хотели запечатлеть мимолетность, то Карина фиксирует устойчивые состояния. Очарование Ренуара и Писсаро в необыкновенной игре модуляций холодных и теплых цветов. Очарование Карины — в простоте выразительных средств.
Отказываясь от проработки деталей, художник редуцирует реальность. Кажется, что если попробовать пойти еще дальше и убрать все изобразительные признаки глубины - предзакатный порт или зимний «hortus botanicus», - станут почти абстрактными, но несомненно узнаваемыми.
«..Картина должна быть одновременно абстрактной и фигуративной. Абстрактной — как стена, фигуративной — как изображение пространства»
Эти слова французского художника Николя де Сталь точно отражают эти метаморфозы. В работах Карины свет чаще всего принимает форму цвета, и зеленая листва начинает светиться. А небольшой цветовой ньюанс в окружающей действительности может стать лейтмотивом всей работы, ключом к колористическому решению.
Художники романтического направления использовали цвет как средство эмоционального воздействия, способное передать настроение. Некоторые посетители выставки решили пойти по тому же пути, интерпретируя визуальный ряд как «меланхоличный» или «печальный». Приглушенная палитра, напротив, не дает воспарить, оторваться от земли. Не дает обмануть броским эффектом.
Смотря на работы Карины, я подумал, что истинная живопись проста как пастушеское вино. Что она укоренена в почве, но при этом занимает пространство в воздухе. Ослепленные южным солнцем, мы должны снять очки и впустить в себя безмолвный свет Карины Чолокян.